Василий Шукшин. Печки-лавочки


-- Она слышала...
-- Итак?
-- Наподдал, -- подсказала Нюра.
-- Наподдал... Да. Невыразительный глагол. Женский какой-то.
-- Хряпнул. Ломанул.
-- Вот это... глаголы! Мускулистые.
--
Перелобанил.
Окрестил.
Саданул... Нае...
Нет,
не
туда. Врезал.
Смазал.
-- Так, так, -- подбадривает профессор.
-- Пиннул, -- опять вмешивается Нюра.
-- Пиннул? Это хорошо. Пнул, да?
-- Ну да. Пиннанул, у нас бабка говорит.
-- Это старушечий, -- снисходительно бросил Иван. -- Взял на калган, --
еще вспоминает он.
-- Это что такое?
-- Головой
дал! Вот так вот. -- Иван взял профессора за плечи и рывком
кинул на себя и подставил голову, но, ко­нечно, не ударил -- показал.
-- О-о! А калган -- это голова?
-- Голова.
-- Это по-каковски же?
--
По-русски!
Кал-ган.
У
нас
еще
зовут
--
сельсовет.
Профессор
засмеялся.
-- А как еще?
-- Чердак.
-- Чего попало!
--
изумилась Нюра. -- Неужели вам это
на
самом деле
нужно?
-- Нужно, Нюра.
Тут
в
купе
вошли
веселые
девушки-студентки
устраивать
одну
свою
подружку. Трое.
-- Нам сказали, у вас одно место свободное...
-- Так точно! --
приветливо откликнулся
профессор. -- Располагайтесь.
Которая из вас? Стоп, мы сами выберем. Самую красивую.
--
А
ну?
--
Девушки
все
были
хорошие,
крепкие,
голоно­гие.
--
Выбирайте!
Профессор поверх очков оглядел всех... Искренне вздох­нул.
--
Оставайтесь
все.
Выбирает
тот,
кто...
забирает.
О-о!.. -- сам
болезненно сморщился он. -- Вот это каламбур!
Девушки засмеялись.
-- Какую же?
-- Какую, Иван?
Иван гигикнул, покраснел и... посмотрел на Нюру.
-- Ну, раз ты уже выбрал, то мне -- все равно: я свою станцию
проехал,
-- сказал профессор.
Оставили голубоглазую грудастую Любу.
-- Закончена сессия -- и ноги в руки! -- позавидовал про­фессор. -- Что
за институт?
-- Педагогический.
-- Факультет?
-- Физмат.
-- Физмат,
и только
физмат.
Всемогущий
физмат! --
огорченно сказал
профессор. -- Куда только прибежите со своим физматом.
-- А вам не нравится физмат?
Профессор весело посмотрел на девушку с физмата.
-- Милая, он вам самой не нравится.
-- Почему? -- растерялась девушка.
-- Потому что вам нравится Лермонтов, Есенин...
-- Одно другому не мешает.
-- О, еще как!
-- Педагогический --
это, значит, будете учительство­вать? -- встрял в
разговор Иван.
-- Да.
-- Да-а...
-- значительно сказал Иван.
-- Вот сейчас
раду­етесь, что
учитесь, веселитесь -- в люди выходите, а я смотрю на вас и жалею...
-- Иван! -- сказала Нюра.
-- Что?
-- Чего заборонил-то? Жалеет он. Ты что?
--
А что такое, Иван? -- заинтересовался профессор. -- Нюра, почему вы
остановили?
-- Да нет, я хотел про наших учителей рассказать, про сельских...
-- Ну?
-- Да ладно!
-- Да что же "ладно"? Расскажи.
--
Достается
им,
бедным...
Но,
может,
я,
правда,
чего-ни­будь
недопонимаю, а полезу рассуждать... Ладно.
-- Что
ты
хотел сообщить, Иван? --
спросил профессор строго. --
Что
подлинные учителя в городе остаются?
-- Он сам не знает, что он хотел сообщить,
-- сердито сказала Нюра. --
Выпил лишнего? Ложись вон, спи.
Иван только
успевал поворачиваться
на слова, к нему об­ращенные... Но
молчал.
Тут из соседнего купе пришла делегация девушек.
-- Сергей Федорыч... простите, пожалуйста...
-- Ну, ну, -- сказал профессор.
-- Мы вас узнали... вы по телевидению выступали...
-- Выступал. Был грех.
-- Пойдемте к нам... Расскажите нам, пожалуйста... Мы вас
приглашаем к
себе. Мы -- рядом.
--
Пошли, Иван. Недалеко.
-- Профессор ..далее 




Все страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

На главную страницу

Жизнь в датах | Генеалогия | Энциклопедия | Публикации | Фотоархив | Сочинения | Сростки | Жалобная книга | Ссылки



Hosted by uCoz