Василий Шукшин. Рассказы


отойдут, -- посоветовал
Захарыч.
Он бросил Гнедухе охапку травы и первый
потрусил в из­бушку, отряхивая
на ходу мокрую шапку.
В
избушке пахло
медом. Перед камельком стоял
на коленях
белоголовый
старик
в черной сатиновой рубахе и
под­брасывал дрова.
В
камельке весело
гудело и потрескивало. На полу
затейливо трепетали пятна света.
В переднем
углу мигала
семилинейная
лампа.
В
избушке было так тепло
и
уютно,
что
девушке даже подумалось: не задремала ли она сидя в телеге, не снится ли
ей
все
это?
Хозяин
поднялся навстречу
нежданным гостям -- он оказался очень
высоким и
слегка сутулился, -- отряхнул
колени и,
прищурив глаза,
сказал
глуховато:
-- Доброго здоровья, люди добрые.
--
Там добрые
или нет -- не знаю, --
ответил Захарыч,
пожимая
руку
старому знакомому, -- а вот промокли мы из­рядно.
Хозяин помог
девушке раздеться, подбросил
еще в каме­лек. Он двигался
по избушке не торопясь, делал все спокойно и уверенно.
Захарыч, устроившись у камелька, блаженно кряхтел и приговаривал:
--
Ну и благодать же у тебя, Семен. Прямо рай. И чего я
пасечником не
сделался -- ума не приложу.
-- По какому же делу едете? -- спросил хозяин, погляды­вая на девушку.
-- А вон
с
доктором
в Березовку едем, --
объяснил
Заха­рыч. -- Ну,
помочил он нас... Хоть выжимай, язви его со­всем...
-- Доктор, значит, будете? -- спросил пасечник.
-- Фельдшер, -- поправила девушка.
--
А-а...
Смотри-ка,
молодая
какая,
а
уже...
Ну,
согревай­ся,
согревайся. А мы тем делом сообразим чего-нибудь.
Девушке
было
так
хорошо,
что
она
невольно
подумала:
"Все-таки
правильно,
что
я
сюда
поехала.
Вот
где
действи­тельно...
жизнь".
Ей
захотелось сказать старикам что-нибудь приятное.
--
Дедушка,
а вы весь год здесь живете? --
спросила она первое,
что
пришло в голову.
-- Весь год, дочка.
-- Не скучаете?
-- Хе!.. Какая нам теперь скука. Мы свое спели.
-- Ты
тут,
наверно,
всю
жизнь насквозь
продумал, один-то? Тебе
бы
сейчас учителем работать, -- заметил Захарыч.
Пасечник достал из-под пола берестовый туесок с медо­вухой и налил всем
по кружке. Захарыч даже слюну глотнул, однако кружку принял
не торопясь,
с
достоинством.
Девуш­ка застыдилась,
стала
отказываться,
но
оба
старика
настой­чиво
уговаривали, разъясняя,
что "с
устатку
и
с
холода
это
--
первейшее дело". Она выпила полкружки.
Вскипел чайник. Сели пить чай с медом. Девушка рас­краснелась, в голове
у
нее
приятно зашумело
и
на душе
стало
легко, как в праздник.
Старики
вспоминали
каких-то кумо­вьев. Пасечник раза два покосился
на
улыбающуюся
девушку и показал на нее глазами Захарычу.
-- Тебя, дочка, как звать-то? -- спросил он.
-- Наташей.
Захарыч отечески похлопал Наташу по плечу и сказал:
-- Ведь она, слушай, ни
разу не
пожаловалась даже, что
холодно, мол,
дедушка. От другой бы слез не обобрался.
-- А вон у
ней, видишь, -- указал
пасечник на комсо­мольский значок и
добавил: -- Они молодцы!
Наташе вдруг захотелось рассказать что-нибудь особен­ное о себе.
-- Вы
вот, дедушка, ругались
давеча, а ведь это я
сама
по­просилась
ехать в Березовку.
-- Да ну? -- изумился Захарыч. -- И охота тебе?
-- Нужно -- значит, охота, -- задорно ответила Наташа
и покраснела. -- ..далее 




Все страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212

На главную страницу

Жизнь в датах | Генеалогия | Энциклопедия | Публикации | Фотоархив | Сочинения | Сростки | Жалобная книга | Ссылки



Hosted by uCoz